Полная версия Секснарода



bonusdd
Подстава.
Адаптированный перевод bonusdd.
Автор: Spicy-Tacos

Джессика вошла в бар. Воздух в зале был сизым от сигаретного дыма. Здесь ей не нравилось ни чего: ни место, где располагался бар, ни люди, ни атмосфера, которая царила в помещении, но именно здесь клиент назначил встречу.
Она прошла мимо браной стойки около которой толпился народ и направилась прямо к одному из столиков в глубине зала. Там, за этим столиком они должны были встретиться. Джессика подошла ближе. За столиком сидела женщина.
Судя по одежде, которая была на ней, эта женщина не хотела, чтобы её узнали. На неё были темные солнцезащитные очки, она была одета в длинное пальто, полностью скрывавшее её фигуру и шляпа с широкими полями, под которую были убраны волосы. Джессика, с её распущенными длинными каштановыми волосами, футболкой, джинсовой курткой и джинсами прекрасно вписывалась в окружающую обстановку прокуренного, грязного бара. А эта женщина нет.
Джессика выдвинула стул и села напротив женщины, судя по выбившейся из-под шляпы прядки светлых волос, блондинки с бледной кожей. Она подозвала официанта и заказала пиво.
- Значит, именно вы хотите нанять меня? – спросила Джессика, когда официантка, поставив на стол пиво удалилась.
Блондинка отхлебнула из своей кружки.
- Мне и моим коллегам нужен вор. Мы слышали, что вы были одной из лучших в этой сфере деятельности.
- Да, вы чертовски правы! – ответила она женщине. – Я могу проникать в любые помещение практически мгновенно. Если это не охраняемый правительственный объект. Чтобы забраться туда мне нужно время на подготовку, ну, скажем дня два.
Джессика умела набивать себе цену: хочешь заработать хорошие деньги – поднимай планку выше, но женщина, сидевшая напротив неё, никак не отреагировала на её похвальбу.
- Однако, я полагаю, вы не собираетесь делать что-то в этом роде? – спросила Джессика у женщины.
- Нам нужно украсть несколько вещей. Это документы и компьютерные файлы. Вашими целями будут офисные здания и несколько резиденций. Объекты расположены в многоэтажных домах и жилых коттеджах. – ответила та.
- И сколько мне за это заплатят? – спросила Джессика.
- Вы будете щедро вознаграждены. Мы можем пообещать вам, что после выполнения работы вам больше никогда не придется беспокоиться о деньгах. Именно столько мы готовы заплатить.
- Мне нужны цифра, - ответила Джессика. – Конкретно сколько?
Женщина достала ручку и записала сумму на салфетке, лежащей рядом с бокалом.
- Как вы считаете это хорошая плата за работу? – спросила она Джессику.
Глаза Джессики широко открылись, когда она прочитала сумму, которая была написана на салфетке. Она никогда в жизни не видела столько нулей. С такими деньгами ей никогда больше не придётся думать о куске хлеба. Ни за одну работу она не получала столько. Написанная на салфетке сумма была так высока, что Джессика стала сомневаться сможет ли эта женщина заплатить столько денег.
- Ух ты… сколько, - прошептала Джессика. – Эти деньги вы заплатите за выполненную работу по всем объектам?
- Нет, - ответила женщина. – Это оплата за работу по каждому объекту.
Джессика чуть не упала в обморок. Теперь она была просто уверена в том, что эта женщина не собирается ей платить. Она найдет способ обмануть её и не заплатить ни одного цента.
- Чтобы подтвердить свою платежеспособность, я перевела половину суммы за выполнение работы по первому объекту на ваш банковский свет. Если вы откажетесь от выполнения работы, то можете оставить эти деньги себе. Если же вы сделаете, то что вам поручат, то мы сразу же переведем на ваш счет оставшуюся сумму денег.
Джессика достала мобильный телефон и вошла в приложение для онлайн – банкинга. Конечно же, деньги лежали на счету. Как и сказала женщина.
- Но… - в голосе Джессики звучало недоумение.
- Считайте это частью контракта. Первый полный платеж не требует от вас никакой работы. Это плата за то, что вы согласились с нами работать. За каждую завершенную работу по очередному объекту вам будут перечисляться деньги сразу же после того как вы передадите нам флэшку или документ.
Джессика не могла поверить в то, что слышала и видела. Ей заплатят сумму, которая превышает в несколько раз гонорары, которые Джессика получала раньше за свою работу просто за то, что она согласиться работать на эту женщину. И деньги ей будут переводить за каждую выполненную работу по указанным объектам.
- Вы принимаете эти условия? – спросила женщина у Джессики.
Та усмехнулась.
- Да. Конечно. Разве я могу сказать «нет»?
Блондинка улыбнулась, за весь вечер на лице незнакомки первый раз проявились эмоции.
- Тогда очень хорошо. Мне будет очень приятно работать с вами, - ответила она.
- И мне тоже.

***

Джессика внимательно осматривала многоэтажное здание. Это была огромная высотка. Её цель пентхаус находилась на самом верху. В сейфе пентхауса лежал пакет документов, который она должна была выкрасть для своих работодателей.
Охрана офиса была поставлена более профессионально, чем охрана сотни известных ей подобных офисов, а значит с ходу вломиться в пентхаус не получится. Для проникновения требуется другой план. Она стояла на крыше соседнего здания. Это здание охранялось не так сильно. Ей удалось незаметно проскользнуть мимо камер и охранников, дежуривших этой ночью. В нужный момент она преодолеет пропасть между соседними зданиями по натянутому канату.
В пентхаусе проживал известный всем политик Эндрю Мэйсон, который баллотировался на очередной срок. Джессика догадывалась, что файл, который ей предстоит украсть, имеет какое-то отношение к выборам. Клинт предоставил в распоряжении Джессики распорядок обычного дня Мэйсона и его семьи. Сегодня вечером они отправлялись на ужине организованный для VIP-персон города. На вечер приглашались супруги с детьми. Это была прекрасная возможность для проведения операции.
Электричество в пентхаусе было погашено. Дом был пуст. Дом приглашал воровку войти.
Перед операцией Джессика подкупила одного из охранников. Он должен был позаботиться об отключении сигнализации в пентхаусе.
С тех пор как она начала работать на своего нового работодателя, а сегодняшняя операция была седьмой по счету, качество её жизни ощутимо улучшилось. Теперь она могла водить своих друзей в модные рестораны. Джессика стала приобретать красивые вещи, о которых не могла даже мечтать, когда она работала сама на себя, просто обворовывая дома богатеев. Она переехала из своей маленькой квартирки в большую в престижном районе. Она обставила дорогой мебелью в свою новую квартиру.
Джессика посмотрела на часы. Было 11:02 вечера. Охранные системы должны быть отключены две минуты назад.
Она натянула на лицо черную вязанную маску, которая закрывала её лицо. Инструменты, необходимые для вскрытия сейфа, лежали в холщовой сумке, перекинутой через плечо. Джессика всегда готовилась к операции очень тщательно, по нескольку раз проверяя и перепроверяя комплектность экипировки.
Она подошла к веревке, ухватилась за неё обеими руками, подтянулась, оттолкнувшись от пола Джессика выкинула ноги высоко вверх, обхватив ими трос. Повиснув в воздухе, Джессика быстро заскользила по нему к противоположному краю. Под её спиной разверзлась бездна бетонного лабиринта города. Двигаясь по тросу, Джессика понимала, что малейшая ошибка и она полетит вниз и разобьется об остывающий асфальт сити, поэтому двигалась очень осторожно.
Добравшись до противоположного здания, она расцепила ноги и спрыгнула на бетон крыши. Отпустив веревку, она тенью начала прокрадываться к входной двери пентхауса.
Клавиатура электронного замка не светилась - он был деактивирован. Именно за это она отдала вчера деньги охраннику.
Джессика улыбнулась, видя, что всё идет по плану. Она открыла дверь и вошла во внутрь.
У Джессики был подробный план пентхауса, и она теперь осторожно шла по коридору в направлении офиса политика. Охранная сигнализация была выключена, но оставалась возможность что её могут услышать люди этажом ниже.
Когда она вошла в офис, то почувствовало, что что-то не так. Вокруг было темно и тихо. Но Джессика чувствовала какую-то необъяснимую тревогу.
Она осторожно шла по коридору пока не почувствовала какой-то посторонний запах, запах который никак не вязался с квартирой в которой проживала счастливая и дружная семья. Она повернула на право и увидела тело, лежащее на полу в столовой. Это была женщина с каштановыми волосами. Джессика бросилась к лежащей на полу женщине. Первое что пришло в голову – помочь. Когда она перевернула её на спину то увидела посреди лба пулевое отверстие, кровь и частички чего-то красного, желеобразного, возможно это были кусочки мозга на ковре. Джессика сразу узнала лицо женщины, часто мелькавшее на снимках к газетным репортажам. Это была жена Мэйсона.
В ужасе Джессика прикрыла рот ладонью и попятилась назад. Боковым зрением она заметила нечто лежащее слева. Она быстро обернулась в ту сторону. Это было ещё одно тело. Тело четырёх летнего сына Мэйсона. Он был убит выстрелом в голову, как и его мать.
Джессика осмотрела комнату и нашла ещё один труп. Тело девочки было привязано верёвкой к стулу. Это была малолетняя дочь Мэйсона, Мария. Её рот был заклеен скотчем. Она тоже умерла от выстрела в голову.
Что здесь произошло?
Она заметила кровавый след на полу. Что-то большое и тяжелое тащили волоком в кухню. Она прошла на кухню. На полу лежала женщина. Как догадалась Джессика, это была няня детей. Длинный, острый нож был глубоко вонзен её в грудь.
Она вышла в коридор и быстрым шагом направилась к выходу на крышу. Плевать на задание! Она выберется от сюда и сообщит в полицию о том, что здесь произошло! Это ужасно!
Внезапно она остановилась. Что это за звук? Шум лопастей вертолёта? Внезапно по окнам ударил свет прожектора.
- Стой! – прогремел голос, усиленный громкоговорителем. – Мы окружили здание!
О нет! Это полиция! Нужно немедленно бежать!
Ослепленная ярким светом, натыкаясь на предметы, она отпрянула назад в гостиную. Внезапно перед собой она увидела чьё-то тело. Это был Эндрю Мэйсон, мертвый, как и все остальные. Несколько пуль ему разорвали живот, а умер он, похоже, от контрольного выстрела в голову.
Она выбежала из гостиной, пытаясь сориентироваться. Раздался звон разбитого стекла, а за ним шипение. Серый дым заполнил коридор. Джессика закашлялась и захрипела, когда ядовитый дым проник ей в легкие. Густой дым разъедал ей глаза, слезы лились градом, и она ничего не видела перед собой.
Она споткнулась и упала на колени. Впереди, за стеной дыма послышался звук ломаемой двери. Затем она услышала топот ног по деревянному полу. Топот приближался. Джессика метнулась в сторону, но почувствовала, как кто-то схватил её и бросил на пол.
- Пожалуйста! Я этого не делала! – прокричала она, почувствовав, как ей заломили за спину руки и на запястьях защелкнулись наручники.
В жестком захвате, прижатая к полу, со скованными за спиной руками она вдруг почувствовала быструю, острую боль в области шеи. Укол! Мгновенье спустя в её глазах потемнело, и она потеряла сознание.

***

На суде Джессика могла только слушать как обвинитель расписывает каким холоднокровным и жестоким убийцей она является. Убийцей, которой заплатили огромную сумму за убийство семьи. Она не могла вымолвить и слова в свою защиту – рот был плотно заткнут кляпом. Перед судом её упаковали в грубую холщовую смирительную рубашку с коричневыми кожаными ремнями по всему телу. На ноги был надет мешок для ног – лег биндер. Несколько ремней были использованы чтобы зафиксировать Джессику в инвалидном кресле.
Впрочем, её протесты в любом случае не сыграли бы какой-либо существенной роли. Толпа с самого начала требовала её крови. Мэйсон был очень известным и любимым народом политиком и одна его смерть вызвала шквал возмущений. Смерь всей его семьи, включая маленьких детей, подлила масла в этот костер всеобщей ненависти. На неё уже пару раз плюнули из толпы, пока её везли на каталке. Все её ненавидели и все хотели её смерти. Её спасало то, что она сейчас находилась в смирительной рубашке, туго прикрученная ремнями к креслу. Если-бы копы попытались привести в зал суда только в наручниках, как и других подозреваемых в совершении преступления, то неизвестно чем это кончилось бы. Во всяком случае имелась высокая вероятность, что толпа разорвала бы её там, в зале суда на куски, и полиция была бы слабой помехой самосуду разъяренных людей.
У неё не было ни малейшего шанса на беспристрастный суд присяжных, так как Мэйсон был так известен и популярен, что было решено – вердикт должен вынести председательствующий судья. И судья внимательно слушал как излагали свои точки зрения обвинитель и защитник в деле против Джессики.
Окружной прокурор использовал все улики против неё. По его словам, Джессику наняли не для того чтобы она выкрала документы у Мэйсона, а для того чтобы убить всю его семью. Банковские выписки со счетов Джессики свидетельствовали о том, что в последние месяцы она получала крупные суммы денег от неизвестного. Эти суммы явно превышали величину гонорара, который можно получить за кражу документов. Когда окружной прокурор произносил свою речь, Джессика видела испуганные и разочарованные глаза папы и мамы – деньги, которые она тратила на них, на дорогие подарки и на обеды в ресторанах, это кровавые деньги за убийство человека, которого любил весь город.
Охранник, которого она подкупила, чтобы отключить сигнализацию, был привлечен в качестве свидетеля против неё. Он сказал суду, что она убедила его, что хочет только украсть досье и она заплатила ему сумму, от которой он не смог отказаться. Он сказал, что никогда не сделал бы того, о чем она просила, если бы знал, что она на самом деле задумала.
Джессика никогда в жизни не брала в руки оружие, но каким-то образом на оружии нашли её отпечатки пальцев. Она не знала, как это могло случиться. Планы этажей пентхауса Мэйсона также были найдены в её квартире, хотя она была твердо убеждена, что уничтожила их.
Копы даже не вызывали её на допрос. Они всё время держали её с кляпом во рту. Джессика так и не смогла никому рассказать, что её наняла блондинка, не могла рассказать, что за деньги, которые ей платились, она должна была красть документы. Её адвокат выглядел, мягко говоря, жалко. Похоже защита Джессики его мало волновала.
Наконец, после того как по истечении нескольких дней все доказательства и доводы суду были предоставлены, судья вынес свой вердикт. Толпа радостно загудела, когда он признал её виновной.
- За совершенные Вами преступлений предусмотрено наказание – смертная казнь, - объявил судья.
Толпа снова зааплодировала. Им нужна была её голова. Упакованная в смирительную рубашку Джессика заплакала. Она не хотела умирать. Она не была убийцей.
- Однако я не позволю поставить точку в этой истории, - сказал ей судья. – Я не приговорю Вас к смертной казне.
Толпа начала свистеть, а затем все замолчали, когда шум прервал удар молотка судьи.
- Видите ли, мисс Адамс, я не стану назначать вам смертную казнь, потому что считаю, что слишком хороша для вас. Ваши преступления слишком тяжки, чтобы расплачиваться за них только одной жизнью. Вот почему я приговариваю вас к крайней мере и изоляции от общества до конца вашей жизни.
Он стукнул молотком по столу, и толпа зааплодировала приговору. Она получила, то что заслужила!
Джессика не знала, что и думать. Она не знала, что это означает - изоляция от общества до конца жизни. Копы поместили её на заднее сиденье тюремного фургона и заперли. Затем ей сделали укол, и она потеряла сознание.

***

Когда Джессика очнулась, она обнаружила, что находится в темноте. Темнота была настолько глубокая и непроглядная, что она не понимала открыты у неё глаза или закрыты. Она попыталась несколько раза закрыть и открыть глаза, но светлее от этого не стало.
«Что-то закрывает мне глаза? Может это повязка?»
Она попыталась сбросить повязку… но обнаружила, что не может пошевелить ни руками, ни ногами, ни одним мускулом! Она пыталась бороться, двигаться, но всё было бесполезно.
Она попыталась открыть рот, чтобы закричать, но обнаружила, что не может двигать челюстями. Вместо крика послышалось какое-то невнятное мычание.
Её дыхание участилось. Она не знала где находится. Джессика не понимала почему она не может шевелить руками и ногами, почему ничего не видит, не может кричать. Эти вопросы понеслись у неё в голове, дыхание стало коротким, отрывистым. Ей стало нахватать воздуха. Она задыхалась! В голове поплыло.
«Так, нужно успокоиться!»
Она начала дышать размеренно, следить за ритмичностью своего дыхания. Постепенно Джессика стала успокаиваться.
«Теперь нужно всё обдумать».
Последнее, что она помнила, был приговор суда. Тогда судья что-то ей сказал, но она не помнила, что именно. После этого её накачали наркотиками. Она задумалась, а не могли наркотики быть причиной того, что она не может сейчас двигаться? Теперь, когда она немного успокоилась, она заметила, что в её конечности постепенно начало возвращаться ощущение. Она почувствовала, что её руки скрещены в районе живота.
На ней смирительная рубашка? Та самая в которой она была на суде?
- Всем привет! – вдруг услышала она чей-то голос. Это голос явно принадлежал женщине.
Звук, казалось, звучал у неё в голове. Как такое вообще возможно?
- Ваши жизненные показатели указывают на то, что вы уже проснулись, СП-001. Если вы слышите меня, сделайте глубокий вдох один раз, а затем серию коротких выдохов. Повторите это дважды, и я буду знать, что вы меня слышите.
Джессика не понимала. Был ли этот голос в её голове вообще настоящим? Звучал-то он как настоящий. А кто такой СП-001?
Она решила следовать инструкции. Она сделала глубокий вдох, два коротких выдоха, выдохнула воздух полностью, сделала ещё один глубокий вдох, два коротких выдоха.
- Хорошо, что ты меня слышишь. Очень хорошо, - произнес голос.
- У тебя, наверно, много вопросов, СП-001, - сказал голос. – Во-первых, причина, по которой я называю тебя СП-001, заключается в том, что с этого момента ты больше никто. Это ваша единственная личность. За ваши преступления вам отказано в праве иметь имя. Вы всего лишь специальный заключенный 001, или сокращенно СП-001.
Джессика попыталась возразить: «Её звали Джессика Адамс, а не СП-001, и не что не может этого изменить! Ведь так?». Но она сомневалась, что невидимый голос обратил внимание на её мнение.
- Вы, вероятно, надеялись, что убийств известного политика, попадете в историю? Но этого не будет, - услышала она голос в темноте, - во всех документах твои имя и фамилия стерты и заменены на СП-001. Никто не знает твоего имени, и никому нет дела до того, что с тобой здесь произошло. Единственное, что их волнует, это то, что справедливость восторжествовала и преступник наказан соответствующим образом. Они бы обрадовались, если бы узнали, как с вами поступили.
Её имя было… стерто? Джессика почувствовала, как от страха всё сжалось у неё в животе. Простое и известное всем имя. Впрочем, не важно. Люди все равно будут помнить её. Её друзья и родители будут помнить её как Джессику Адамс.
- Вам лучше привыкнуть к вашему новому имени, СП-001. Уже не важно, как вас звали раньше. Если вам интересно, почему сейчас вы слышите мой голос, то причина в затычках, которые находятся в ваших ушах. В них встроены миниатюрные динамики. Затычки блокируют все звуки извне, и вы будите слышать только то, что вам передают посредством динамиков и звуки, от трения ваших костей.
Теперь только она обратила на это внимание – что-то плотно закрывало ей уши. Но где она находилась? И почему она не может пошевелиться?
- Прошёл уже месяц с тех пор, как закончился ваш судебный процесс, СП-001. Всё это время вы были помещены в искусственную кому. Что же касается всего остального, то вам это будет объяснено в свое время, - объяснил голос.
- Приготовьтесь. Это может немного сбить вас с толку.
Внезапно перед её глазами вспыхнул яркий свет, который ослепил её. Ей потребовалось несколько минут, чтобы глаза привыкли к свету, и она поняла, что смотрит на яркий экран.
- Перед вашими глазами экран, - услышала она голос. – Сейчас я включу видео. Будьте очень внимательны, так как я промотаю его всего один лишь раз. Оно объяснит, что с вами произошло.
На экране появились люди. Съемка велась цветными камерами слежения. Комната была похожа на морг. На металлическом столе посреди комнаты лежала обнаженная фигура. Фигурка на столе была женской. Волосы на голове удалены.
Джессике потребовалось некоторое время, чтобы фигурке, лежащей на столе, узнать себя. Они сбрили её длинные локоны! Эта запись, должно быть велась, когда она находилась без сознания. Джессика почувствовала себя очень нехорошо: теперь она совершенно лысая и ничего не может с этим поделать!
К ней подошли два человека и встали по разные стороны стола. Они были облачены в лабораторные халаты. Это врачи – догадалась она! На металлической тележке аккуратной стопкой были сложены несколько предметов одежды.
Один из врачей взял верхнюю вещь и развернул её. Это были черные брюки, сделанные из материала очень похожего на кожу. Эти брюки будут надеты на неё! Джессика с удивлением разглядывала промежность: к внутренней стороне штанин были прикреплены две трубки. Одна трубка была тоньше, другая – толще.
Врачи начали надевать на неё брюки. Джессика с ужасом наблюдала, как врачи с усилием натягивают узкие штанины на её стройные ноги. Когда осталось только упаковать её попку в грубую ткань брюк, они остановились. Джессика видела, как врачи ловко заправляют насадки, которыми заканчивались трубки в её интимные места. Закончив с трубками, они приподняли попку беспомощной девушки и быстро натянули брюки до конца, прожурчал замочек молнии, затянулись ремешки на талии.
Следующим предметом одежды была черная кожаная куртка. Смирительная куртка для буйных больных применяемая в психиатрических лечебницах. Они приподняли торс беспомощной девушки, пропустили в рукава руки и быстро надели её. Затем продев рукава куртки в петлю на животе, они туго стянули их за спиной. Затянув кожаную петлю, туго перевязали ремнем руки на животе. Пропустили кожаные петли на поясе брюк сквозь прорези в поле куртки, затем через эти петли протянув широкий кожаный ремень, врачи туго затянули его талии Джессики, тем самым превратив верхнюю часть костюма с нижней в единое целое.
На нижней полке тележки лежала маска. Она была сделана из толстой, жесткой, черной кожи. Один из врачей нагнулся, взял маску и кляп. Врач протиснул шарик кляпа между зубов Джессики и затянул ремешок на затылке. Потом он надел ей на голову маску. Как и брюки, маска с внутренней стороны была снабжена трубками, с наружной стороны маки трубки оканчивались штуцерами.
Джессика наблюдала, как врачи пропустили трубку, находящуюся в центральной части маски через маленькое отверстие шарика кляпа. Ещё две тонкие трубки маски они пропустили в каждую ноздрю девушки.
Разобравшись с трубками, врач плотно прижал маску к лицу Джессики и туго затянул ремешок на затылке. Ещё пара ремешков туго охватили голову девушки, и маска оказалась надежно зафиксирована на лице. Закончив, врачи аккуратно положили связанную девушку на металлический стол. Джессика недоумевала: зачем нужны все эти трубки?
Картинка на экране изменилась. Теперь на металлическом столе был разложен раскрытый красный резиновый мешок для бондажа. Джессика видела, как врачи укладывают её затянутое черной кожей тело в мешок. Как и её смирительный костюм, бондажный мешок был снабжен всевозможными трубками, прикрепленными изнутри, и выходящие наружу от этих трубок штуцерами. Трубки бондажного мешка врачи соединили со штуцерами её брюк и маски. Затем они свели края мешка и застегнули на нем молнию до самого верха. Тело Джессики полностью скрылось под резиновой оболочкой мешка.
Врач подключил шланг компрессора к воздушному клапану мешка и начал подавать в него сжатый воздух, мешок стал раздуваться, принимая форму фигуры человека. Джессика начала понимать где она сейчас находится. Это объясняло, почему она не могла сейчас пошевелиться. Она была сжата со всех сторон бондажным мешком. Сжата так, что не могла шевельнуть даже пальцем. Это был один из тех двухслойных мешков, которые она однажды разглядывала на сайте, посвященном БДСМ. Один слой, более эластичный, сжимает жертву внутри него с силой давления сжатого воздуха, закаченного между двух слоев, в то время, как внешняя, более жесткая оболочка остается в своей правильной продолговатой форме и человек жестко фиксируется в центре мешка, не позволяя ему двигаться.
Джессика наблюдала как медленно раздувается мешок, сжимая в тугих объятьях её беспомощное тело. Красная резина наружной оболочки ослепительно блестела в свете ламп. В конце концов мешок так был так сильно накачан воздухом, что казалось ещё немного и его разорвет по швам.
Картинка на экране изменилась снова. Ей стало интересно, какие сюрпризы её ещё ждут. На экране была другая комната. В центре комнаты был установлен прямоугольны металлический подиум. В комнате, в которой он был установлен, находилось больше людей чем в предыдущей. Этот металлический подиум формой напоминал ей гроб – в центральной его части была выемка, вырезанная по форме человека. Через минуту она увидела, как в комнату вкатили каталку с привязанным к нему раздутым бондажным мешком. Мешок, в котором была заключена она. Её глаза расширились от ужаса, когда она поняла, что они собираются сейчас сделать.
Она пыталась закричать, когда увидела, как врачи отвязывают от каталки раздутый мешок и осторожно опускают её упакованное тело в нишу подиума. Она могла пытаться кричать, молить о помощи, он всё это было тщетно. То, что она видела на экране, уже произошло. Она смотрела запись видео. Это было в её прошлом, и она уже ничего не могла изменить.
Раздутый мешок для бондажа идеально поместился в нише. Врачи затянули на упакованном теле пару ремней, тем самым зафиксировать мешок в нише. Затем они прикрепили трубки плиты к штуцерам бондажного мешка.
Джессика увидела, как откуда-то сверху опустилась металлическая плита, по размеру совпадающая в нижней. Две плиты идеально соединились, образуя современный высокотехнологический саркофаг. Снаружи подиум выглядел как обычная цельная металлическая плита прямоугольной формы. Не было причины заподозрить, что внутри была заключена девушка.
Пара людей подошли к саркофагу и начали припаивать крышку к нижней части. Это наверно были обычные рабочие, он именно они оказались вершителями её судьбы. Когда они потушили горелки, Джессика заплакала. Она оказалась в ловушке, из которой не было выхода. Металлический саркофаг должен стать её вечной тюрьмой.
Видео закончилось. Экран погас.
- Ну вот и всё, СП-001. Я думаю больше вопросов не будет? – спросил голос.
Та, которой принадлежал это голос, наверно знала, что Джессика ей не может ответить.
- Если вам интересно, то металлическая коробка, в которой вы находитесь, также прикручена к полу болтами. Хотя ящик, в котором вы находитесь настолько тяжел, что его и просто сдвинуть невозможно. Камера, в которой он расположен находится в самом нижнем ярусе института Штернвея. От сюда нет никакого способа выбраться.
Джессика снова заплакала. Всё пропало. Но она не виновна! Она не заслужила такого наказания!
- Не беспокойтесь. Ваш костюм, в который вы упакованы, справиться с физическими потребностями вашего организма, - объяснил голос. – Например, ваш смирительный костюм сделан из особого материала, похожего на кожу. Ткань будет генерировать микровибрации, которые будут стимулировать ваши мышцы. Вибрация настолько мала, что вы её не почувствуете. Эти вибрации защитят ваши мышцы от атрофии. Кроме того, вас время от времени будут усыплять снотворным газом.
Джессика попыталась пошевелиться в своих путах. Пыталась двигать телом. Всё было напрасно. Она не могла сдвинуться и на сантиметр. Джессика была упакована надежно. Надежды на спасение нет!
- Тут ты и останешься. Теперь это часть твоей жизни, СП-001. Система жизнеобеспечения позаботится о том, чтобы ваше пребывание здесь было как можно более длительным. Не переживайте, я буду следить за вашими жизненными показателями постоянно. Думай обо мне как о своей единственной связи с внешним миром, СП-001. Если я пойму, что вы были умницей, тогда получите от меня подарок. Если я почувствую, что вы пытаетесь вести себя плохо, я строго вас накажу. Вы это понимаете? Дышите спокойно, равномерно и я пойму, что вы меня хорошо поняли.
Джессика не знала кто она, её имени, но обладательница голоса должна была стать той, с которой ей, Джессике предстояло общаться до конца своей жизни. Она плакала и чувствовала, как влага от слез растекается по её лицу. Она не ответила своему тюремщику.
- Я спросила, вы меня поняли? – спросил голос.
Джессика решила не отвечать. Что может быть хуже? Она и так была связана крепко, что не могла двинуть ни одной частью тела. Что может ухудшить её положение?
Обладательница голоса вздохнула, и вдруг Джессика почувствовала острую боль у себя меду ног. Боль была настолько сильной, что она на несколько секунд потеряла способность дышать. Спустя мгновение она испуганно замычала в кляп, затем попыталась вдохнуть воздух.
- Я предупреждала вас, что могу быть очень плохой девочкой? – насмешливо произнес голос. – К внутренней стороне ваших брюк прикреплены электроды. При желании я шандарахну вас током. Хочешь, чтобы я повторила?
К Джессике вернулось самообладание, попыталась дышать как требовала невидимая тюремщица – равномерно, спокойно.
- Умная девочка, - ласково проворковал голос. – Однако я не думаю, что вы заслужили награды прямо сейчас. Будете умницей, и я смогу сделать ваше существование менее драматичным. Ну, чуть менее несчастным. В конце концов, вы застряли здесь на всю оставшуюся жизнь.
Джессика лежала в темноте. Слезы по-прежнему текли по её лицу. Теперь она с жадностью вслушивалась в то, что говорил ей голос.
- Это будет последнее, что вы услышите от меня, СП-001 – заявил голос.
- Теперь, когда я объяснила ситуацию, в которой вы находите, мне больше нечего добавить. Вы не заслуживаете слышать МОЙ голос. За свои преступления вы заслуживаете только абсолютную изоляцию от общества. Наслаждайтесь своим приговором, СП-001.
Голос замолчал, и Джессике показалось, что она услышала щелчок выключенного динамика.
Джессика ждала в тишине, не в силах что-либо предпринять.
* * *
В полной темноте и тишине она потерялась во времени. Джессика не знала, как давно она смотрела видеозапись. Может быть с тех пор прошли секунды, минуты, часы, дни, месяцы или даже годы? Она не имела понятия.
У неё похитили все чувства. Она находилась в полной сенсорной изоляции. С тех пор как погас экран, она видела только непроглядную темноту. Она не слышала ничего, кроме собственного дыхания и сердцебиения с тех пор как её тюремщица перестала говорить с ней. Единственное, что она чувствовала, - это то, как туго стянуты её путы, насколько она неподвижна. Она даже не может почувствовать ни запаха, ни вкуса.
* * *
Через некоторое время ей захотелось в туалет. Ей нужно пописать! Она задрожала от ужаса. Джессика была связана смирительной рубашкой и заключена в двухслойный резиновый спальный мешок и уложена в металлический саркофаг. Она не представляла, что произойдет если она сейчас пописает. Её не выведут в туалет, она просто будет плавать в своей моче.
Она пыталась сопротивляться своей естественной потребности, но желание пописать только росло. Давление в мочевом пузыре усиливалось, хотелось в туалет всё больше и больше. Это было ужасно! Дело дошло до того, что ей показалось – ещё мгновение и её мочевой пузырь разорвет в куски. Она больше не могла терпеть. Ей нужно пописать и всё. Снова заплакав, она расслабила мышцы низу живота, как это делала на унитазе.
Но ничего не произошло. Она старалась изо всех сил, но ничего не получалось! Давление в мочевом пузыре не уменьшилось. Она плакала, пыталась облегчиться и не могла пописать. Джессика не понимала, что происходит. Она заключена в саркофаге и не может облегчиться.
И вдруг давление в мочевом пузыре ослабло. Её желание пописать пропало. Это было так странно – оно просто исчезло! Она не почувствовала удовольствия от того, что пописала, но, то, что ей больше не хочется в туалет, было замечательно.
Джессике казалось странным то, что ей не удалось пописать, когда хотелось это сделать, и почему оно исчезло в одно мгновение. Потом она вспомнила, что голос говорил и трубки, которыми были снабжены костюм, мешок и саркофаг. Врачи, должно быть вставили ей катетер. Это, наверно и была одна из систем для удовлетворения её телесных потребностей.
На мгновения она задумалась: как она всё еще может дышать в этом железном ящике, но потом вспомнила о трубках, которые ей ввели в нос. Трубки не очень глубоко вставлены в носовые каналы – вот почему у неё нет неприятных ощущений.
А через трубку во рту её собирается кормить. А толстая трубка, которая вставлена в её попу?
Джессике не хотелось думать об этом. Её положение ужасно!

* * *
Джессика почувствовала, как что-то потекло по её пищеводу. По ощущениям это напоминало густую жидкость. Должно быть, это и была еда, подаваемая по трубке, чтобы насытить её. Она не чувствовала её вкуса. Даже во время еды ей не позволялось получать ощущения от её вкуса. Это было ужасно.
* * *
Спустя некоторое время она почувствовала, как в её попку начала закачиваться вода. Ощущения были неприятными. Новому сюрпризу она ничуть не удивилась. В конце концов, если они кормят её, то они же и должны были позаботиться об опорожнении кишечника осужденной.
Теплая жидкость начала заполнять её внутренности и очень скоро она почувствовала, как живот заполнился до предела. Ещё недавно Джессика переживала что лопнет её мочевой пузырь, сейчас ей казалось, что взорвутся кишки. Раздутый от жидкости живот толкал стянутые ремнем руки вверх. Накачанный воздухом резиновый мешок был плотно, без зазоров уложен в нишу, сверху придавлен тяжёлой стальной крышкой, поэтому каким-то образом поменять положение тела внутри саркофага не было не малейшей возможности. Давления жидкости внутри живота толкало связанные руки вверх, сопротивление сжатого воздуха в полости между слоями мешка давило на руки вниз и причиняло немало неудобств Джессики. Она пыталась предпринять что либо, чтобы облегчить свое положение, но это не приносило ей успеха.
Ей очень хотелось в туалет. Сейчас её голову занимала одна мысль: «Она как можно быстрее должна освободиться от этой жидкости внутри!». И она боролась изо всех сил.
Часы на пульте управления системой жизнедеятельности показали пятнадцать минут с тех пор как в анальный проход узницы была закачена вода, пятнадцать минут, которые Джессики показались вечностью, именно в этот момент был открыт клапан опорожнения трубки. Жидкость хлынула из неё, давление на стянутые ремнём руки ослабло. О, это было верхом блаженства!

* * *
Джессика почувствовала, как что-то начало вибрировать у неё между ног. Источник вибрации был плотно прижат к её интимным частям её тела. Она сразу поняла, что это. Одно время у неё не было постоянного партнера, и она получала удовольствие, развлекая себя дома при помощи игрушек. Но именно сейчас она не хотела получить удовольствие таким образом.
Она боролась с накатывающими волнами сладкого жара в своей смирительной рубашке, но стимулирующая его вибрация не прекращалась. Она пыталась сопротивляться, но чувствовала, что уже на пределе и кульминация близка.
Джессика не могла себя обмануть – ей было хорошо. То, что с ней сейчас происходило было лучшим из всего того, что она испытала за всё время нахождения её в саркофаге. Дыхание Джессики участилось, жар захватил её всю, кончики пальцев мелко дрожали, будучи плотно прижатыми к бокам в рукавах смирительной рубашки и это единственное движение, которое позволяла ей тугая упаковка узницы.
Но она должна сопротивляться чужой воле хотя бы в этом. Она не позволит ей победить. Контроль над своим удовольствием, это то последнее, что пыталась сохранить для себя Джессика. Она не позволит столкнуть её в пропасть и полностью подчиниться власти обладательнице голоса.
Частота и амплитуда вибрации начала усиливаться, и Джессика издала стон в кляп, стон, который могла услышать только она. Это было так приятно! Наказание – удар током. Вознаграждение - не это ли имела ввиду её тюремщицы, когда говорила о подарке за хорошее поведение?
Она пыталась сопротивляться изо всех сил, давить в себе желание, но она была слишком слаба против профессионалов. Знание физиологии, психологии и огромный практический опыт сотрудников института были противопоставлены несчастной узнице. Волна экстаза вспышкой взорвалась у неё в голове и опрокинула в пропасть наслаждения. И с этим она ничего не могла поделать.
Это был приход! Её тело сотрясалось в оргазме, в тесной упаковке наглухо запечатанного саркофага. Тело Джессики горело в волнах экстаза, разливающимися из горячей зоны, величиной не более пятикопеечной монеты, скользким от сока любви, которую умело стимулировал вибратор.
Когда удовольствие от оргазма прошло, дыхание замедлилось, Джессика начала плакать. Больше у неё ничего не было. У неё отняли всё, что она имела. Её кормили и поили. За неё испражнялись. За неё дышали. Её удовольствие было во власти вибратора, которым управлял её тюремщик и которого она никогда не увидит.
Что у неё осталось?
* * *
Джессика не помнила сколько времени прошло с тех пор как её изолировали от общества. У неё начались галлюцинации. Это были голоса. Ей казалось, что кто-то говорит с ней, хотя она не понимала, о чем они говорят. Ей казалось, что голоса обращаются к ней, и она пыталась дышать как ей велели ранее. Но ничего не происходило. Хотя…
Голоса звучали у неё в голове. А что будет дальше?
Потом она начала видеть странные цвета и формы, танцующие перед глазами. Она поняла, что-то происходит с её психикой. Не имея внешних раздражителей, её мозг начал создавать свой собственный мир. Слышать звуки, видеть цвета и формы, чувствовать запахи. Джессика понимала, что всего этого нет на самом деле, но всё это казалось таким настоящим!
Она начинала плакать и вырываться, пыталась заставить их исчезнуть. Но это не помогало. Все усилия были напрасными. Её оковы держали крепко и никогда не ослабевали их тугие объятья.
Сдаваясь, она снова плакала, принимая эту реальность. Это будет её жизнь. До конца. Она никогда не увидит лица своих друзей, не попробует стряпню родителей, не почувствует прикосновение солнечных лучей к своей коже.
Ей не нужно было браться за эту работу. Она должна была просто отказаться и оставить себе деньги, которые они ей дали в самом начале. Но сейчас она не могла ничего исправить.
Её мир — это металлический саркофаг, резиновый спальный мешок и смирительная рубашка. У неё отняли возможность самостоятельно справлять свои естественные потребности. У неё отняли все её пять чувств. Она не понимает где проходит граница между бредом и реальностью. Её тюремщица отправляет в сон, заставляя вдыхать усыпляющий газ, который не имеет ни вкуса, ни запаха, потому она теперь и не могла понять спит сейчас или бодрствует.
У неё ничего не было.
Она была никем.
Просто СП-001.
Галлюцинации не прекращались. Они продолжали мучать её. Джессика растворилась в них. Рыдания её становились все тише и тише, угасали в темноте, как и надежды на спасение.
* * *
Время и пространство больше не существовало для неё. Как и имя Джессика Адамс. Она ничего не помнила о своей прошлой жизни. Это было слишком болезненно для неё и изменившееся сознание отринула воспоминания как ненужные более. Нет воспоминаний о родителях, нет воспоминаний о друзьях, нет воспоминаний о существовании вне тьмы её металлического ящика.
Никаких воспоминаний о той странной женщине, которая наняла её.
Странной женщине, которая ещё жила в том мире.
* * *
СП-001 уже давно перестала сопротивляться и не стремилась вырваться на свободу. Единственная причина, которая заставляла её пытаться двигаться в тугой упаковке, это напоминание, снова и снова о положении, в котором она оказалась. Теперь это доставляло ей удовольствие.
За свое хорошее поведение пай-девочки она была вознаграждена большим количеством оргазмов. Она лежала и страстно ждала начала дрожания вибратора между её ног. Уже и не имело значения, что её спина не выгибается дугой, когда экстаз сотрясает тело. Теперь она любила и ждала только такие развлечения.
Галлюцинации теперь не прекращались. Она жила в галлюцинациях. Она начала наслаждаться ими. Её оргазмы и галлюцинации были единственными, что разрушало одиночество Джессики. СП-001 нужно было чем-то занять себя. В своем абсолютном и безусловном одиночестве она нуждалась в любых развлечениях, которые были ей доступны.
Она была просто печальной маленькой шлюшкой. Печальной маленькой шлюшкой по имени СП-001, о которой все забыли.
Теперь это была её жизнь. И теперь её это вполне устраивало.
И путь она никогда не получит свободу, которая, впрочем, теперь её мало волновала.
* * *
Женщина подошла к одной из дверей. Эта дверь была особенной. На располагалась на самом нижнем этаже в самой охраняемой зоне института Штернвея. Допуск сюда был ограничен, поэтому заключенную, содержащуюся в камере охраняла только одна женщина. Охранников в общей сложности было трое. Они несли посменное дежурство, охраняя камеру и наблюдая за арестанткой в течении восьми часов.
Посетительница была светловолосой дамой, одетой в деловой костюм. Она протянула дежурной свои документы. Охранник прочитала их внимательно.
- Я не могу поверить, что важная персона вроде вас заинтересовалась заключенной, – удивленно воскликнула охранник.
- Я думала, что у главы Администрации Президента есть более важные дела, мисс Купер. Прошло так много времени с тех пор, как её упекли в каталажку.
- Эндрю Мэйсон, возможно, и был политическим противником моего босса, но я все еще испытываю к нему уважение. Я знаю, что прошло уже более двух лет с момента его смерти, но я хочу занять что стало с его убийцей, – объяснила Мариса Купер.
- У вас есть на это разрешение. Идите вперед. – сказала ей охранник. – Никто не навещал этого заключенного. Я думаю, что вы первый и единственный посетитель.
Тяжелая дверь камеры открылась. Мариса Купер вошла в камеру. Она подошла к огромному металлическому саркофагу, стоявшему посреди камеры.
Она погладила крышку гроба на которой было выгравировано «СП-001». Идентификационный номер заключённого запертого внутри.
Джессика принесла пользу. Марисе не было нужды это отрицать. Мэйсон был единственным серьезным политиком, стоявшим на пути у неё и её босса. С уходом со сцены Мэйсона она смогла довести своего босса до поста президента. Она и её команда получили так много благодаря этой воровке: деньги, влияние, власть. Они заняли все ключевые посты в этой стране. И все благодаря тому, как удачно они использовали, а потом подставили Джессику.
Зная, что Джессика в ту роковую ночь проникнет в пентхаус, Мариса просто наняла убийц, чтобы расправиться с Мейсеном и его семьей. Джессика виртуозно спланировала операцию проникновения, что позднее стало доказательствами и решило судьбу девушки. А поскольку все её имущество было конфисковано в качестве вещдоков при аресте и в конечном итоге возвращено правительством, Мариса не потеряла ни копейки из выплаченных Джессике денег.
- Как поживает арестантка? – спросила Мариса у охранника. - Как её состояние?
- Я думаю мы сломали её психику. Сканирование СП-001 показало, что теперь она наслаждается своей полной изоляцией. Она наслаждается своим рабством… каким-то образом. Она не сопротивляется, и мы часто поощряем её за это. Она создала иллюзорный мир, живет в нем и счастлива этим.
Перед уходом Мариса ещё раз погладила крышку саркофага и вышла из камеры. Массивная дверь закрылась, и охранник заняла свое место за пультом управления системы жизнеобеспечения.
Мариса была первым и последним посетителем, который приходил к СП-001.
На губах Марисы появилась жестокая улыбка. Она подумала, что это довольно забавно. Получается, что она не солгала Джессике. Ей, или СП-001, если быть точной, больше никогда не придется беспокоится о деньгах.
Ей также никогда не придется беспокоиться ни о чем другом. Её печальная и жалкая жизнь закончилась.
И никто не узнает правды.